АЛЕКСАНДР СИБИРЦЕВ

ПРАВЫЙ МАРШ

Правоохранительные органы Киева в эти дни работают
в усиленном режиме. 20 февраля — на вторую годовщину расстрела на Майдане — в столице намечается марш ветеранов АТО и радикальных организаций. С их стороны уже звучат заявления, что это даст старт «национальной революции», которая свергнет и президента, и правительство. И хотя это не первая подобная акция и предыдущие заканчивались без масштабных последствий, напряжение в воздухе чувствуется. Особенно на фоне крайне нестабильной политической ситуации...
…С середины периода Майдана и до завершения активной фазы войны на востоке радикальные националисты играли очень заметную роль в политической жизни страны. После того как с марта 2015 года бои в зоне АТО постепенно стали затухать, появились самые разные прогнозы — чем теперь займутся вооруженные отряды радикалов. Тем паче, что последние о себе забывать не давали даже в сотнях километров от линии фронта: то милиционеров в Киеве расстреляют, то перестрелку в Мукачево устроят, то гранату в Нацгвардию под Радой кинут. На этом фоне получила популярность версия, что крайне правые станут главной ударной силой «третьего Майдана» против нынешней власти. Тем более, что лидеры правых — Дмитрий Ярош, Андрей Билецкий и прочие — к ней своего презрения не скрывали, периодически выступая с недвусмысленными угрозами.
Впрочем, дальше слов дело как-то не пошло. Наоборот, в радикальном движении наметился явный «кризис жанра».
Раскололся «Правый сектор», проведены аресты и зачистки наиболее активных элементов (самый громкий, но не единственный, случай — убийство сотрудниками СБУ «Лесника»). А имидж националистов-добровольцев на почве многочисленного криминала с их участием и скандалов с преступлениями в зоне АТО (батальон «Торнадо», «Айдар» и другие) оказался серьезно подорван. Все больше их воспринимают не как героев-защитников Украины, а как опасных для общества маргиналов-беспредельщиков, мешающих стране возвращаться к мирной жизни.

Параллельно радикальные организации быстро коммерциализировались, промышляя крышеванием целых секторов бизнеса (например, пунктов обмена валют), пытаясь с переменным успехом взять под контроль товаропотоки на границе. А когда революционеры начинают заниматься бизнесом, то о свержении власти думается все меньше (по крайней мере до тех пор, пока власть не мешает зарабатывать). В общем и целом, начало складываться впечатление, что «правые» все меньше думают о «революционной» деятельности и «третьем Майдане», а все больше о том, как бы не попасть в руки СБУ и на чем бы получить свой профит.
Однако расследование «Страны» показало, что впечатление это очень обманчиво. Радикалы от своих больших политических планов не отказываются, и у них много оружия. И оно ждет своего часа.
СЮЖЕТ 1
«ПРАВЫЙ СЕКТОР» И ЕГО ОРУЖИЕ
— После взятия Лисичанска в июле 2014 года, в городе было найдено большое количество тайников и складов с оружием, оставшимся от сепаратистов. Сепары просто не успели вывезти его из города, — вспоминает один из бывших бойцов батальона «Донбасс». — Только на стекольном заводе были найдены десятки пулеметов РПК, несколько сотен АКМов, около десятка станковых противотанковых гранатометов СПГ-9. Также там обнаружили огромное количество боеприпасов. Такие тайники были по всему городу — их нашли на нескольких предприятиях. Оружия было очень много — сотни автоматов, десятки пистолетов, винтовок, десятки пулеметов РПК и других систем, минометы, был даже один пулемет максим в полной боеготовности — со снаряженными лентами и в заводской смазке. И все это оружие было не сдано в СБУ, а продано другим добробатам, в частности «Правому сектору».

Другой экс-боец «Донбасса» Игорь М. эту картину дополняет важной деталью:

— Всего за оружие руководство батальона получило от людей из «Правого сектора» тогда 5 миллионов гривен наличными — один из моих товарищей присутствовал при передаче денег.

…Стоит отметить, что автор материала много позже, зимой 2015 года, лично видел стреляющий пулемет максим на позициях «Правого сектора» в Песках…

Если еще в июле 2014 года бойцы ДУК ПС направлялись на фронт практически безоружными, то в августе все начало быстро меняться.
И уже к концу 2014 года на передовой добровольцы-«правосеки» были вдоволь обеспечены не только легким стрелковым оружием, но и пулеметами и минометами и даже бронетехникой.
Командование ПС заявляло о том, что нехватку оружия ликвидировали за счет «трофеев». Но эти утверждения сомнительны. Да, бойцы корпуса активно участвовали в обороне Песок и донецкого аэропорта, а также в нескольких других секторах АТО. Но никаких победных наступлений за ними не числилось и, соответственно, больших трофеев быть не могло.

Зато есть множество свидетельств, что оружие добровольцы получали от украинских же подразделений. Причем отнюдь не безвозмездно.
Отслуживший год в АТО старший лейтенант с позывным «Фрол» утверждает, что оружие продавали в ДУК и добробаты МВД, и Нацгвардия, и бойцы ВСУ:
— Большая часть оружия уходила не бандитам в тыл. Стволы покупали в большом количестве те батальоны, которые не входили даже формально в структуры МВД или армии — ДУК ПС и батальон ОУН. Зачем везти оружие в тыл, если и на фронте на него всегда был спрос? Кстати, оружие в ПС и ОУН продавали не только крупными партиями, но и поштучно. Например, любой боец ВСУ в Карловке или Песках всегда знал, где можно найти денег на бутылку водки. Проще простого — сходить в расположение ПС или ОУН и продать там пару гранат или сотню-другую патронов по твердой цене. Дошло до того, что оружие и патроны стали в нашем секторе, под Карловкой, аналогом валюты. На них играли в карты, их одалживали. На них всегда была твердая цена и всегда можно было поменять на деньги в батальонах «правосеков».
В свою очередь, пресс-атташе «Правого сектора» Алексей Бык говорит, что случаи покупки оружия бойцами ПС вполне могли иметь место:

— По покупке оружия у других подразделений — это вполне может быть правдой. В 2014 году подразделения ДУК ВС не получали никакой помощи от государства, поэтому постоянно испытывали недостаток оружия. По сути, это был едва ли не самый главный фактор, ограничивающий количество бойцов, которых мы могли выставить на передовую. Поэтому оружие, кроме трофейного, мы часто брали «в аренду» у других подразделений в зоне боевых действий.

По словам офицера киевского главка СБУ, попросившего не называть его имени, сейчас большая часть оружия добровольцев ушла в тыл: «Лишь малая часть оружия, которым воевал ДУК ПС, а также батальон ОУН и еще несколько добробатов, была формально сдана под опись после отвода этих отрядов из АТО. В основном вооружения были заранее вывезены в тыл и спрятаны по тайникам. По нашим подсчетам, это тысячи автоматов и пулеметов с боеприпасами, сотни гранатометов и гранат. Причем, это оружие с тех пор не продается на рынке. Оно лежит в схронах и ждет своего часа. Тайники находятся во многих крупных городах. Больше всего — на Западной Украине. Контролируют эти тайники бойцы националистических подразделений. И для нас пока вопрос — кому они на самом деле подчиняются».

Действительно, кому?
СЮЖЕТ 2
ЯРОШ И РАСКОЛ
В декабре 2015 года достаточно неожиданно для внешних наблюдателей Дмитрий Ярош объявил о том, что выходит из «Правого сектора», и заявил о создании собственной политической силы.

Из последующих заявлений и самого Яроша, и нынешнего руководства ПС следует, что разошлись они на почве разногласий по отношению к власти и по методам борьбы с ней. Ярош был против радикальных мер по свержению правящего режима и заявил о своем «неприятии псевдореволюционной деятельности, которая угрожает существованию государства Украина и пятнает репутацию патриотов".

В ответ «революционно настроенные» соратники обвинили его в предательстве, придумав своему бывшему вождю обидные прозвища типа «полупроводник» (по аналогии с официальным названием главы партии «провиднык») и «Ярошен».
«Ярош променял идеалы Майдана взамен на политическую карьеру и пошел на сговор с Порошенко-Яценюком для того, чтобы получать дивиденды от олигархов»
— член гражданского корпуса ПС и ветеран АТО Андрей Чечельницкий.
Впрочем, официальная точка зрения «Правого сектора» звучит более спокойно: — Дмитрия Яроша никто из ПС не исключал. Напротив, 8 ноября на конференции движения был избран новый «Провид», возглавить который предложили именно Ярошу. Его выход из партии «Правый сектор» — это его личная инициатива. Вместе с Дмитрием Ярошем из ПС вышла сравнительно многочисленная группа его личных сторонников, примерно 100–150 человек. Также из ПС вышла часть людей, ориентированных на Романа Стойко («Честного"). Остальные подразделения ПС остались верными собратьям и идее и работают в нормальном режиме. Во главе ВС стоит «Провид» — это коллегиальный орган, избранный на конференции 8 ноября 2015 года. Пост лидера партии — «провидныка» — пока вакантный после выхода Яроша из ПС. Съезд партии определит дальнейшую судьбу этого поста, — прокомментировал уход Яроша пресс-атташе «Правого сектора» Алексей Бык.

К слову, вышедший из партии Роман Стойко с позывным «Честный», в июле 2015 года фигурировал в скандале со стрельбой в Мукачево. «Честный» возглавлял подразделение ДУК ПС «Сонечко», члены которого участвовали в перестрелке с милиционерами и охранниками частного клуба «Антарес», который принадлежит нардепу Михаилу Ланьо. Сейчас Стойко возглавил отколовшееся закарпатское крыло «Правого сектора», назвав его «батальоны Запад». По неофициальным оценкам руководства ПС, вместе с Романом Стойко ушло около сотни бойцов, принимавших участие в боях на востоке, и около трехсот членов гражданского корпуса «Правый сектор».
«Хуже то, что вместе с Романом Стойко «ушло» оружие, которое в течении 2015 года переправлялось на Закарпатье и сейчас там хранится», — сообщили источники в ПС.
Оставшийся без Яроша состав «Правого сектора» по-прежнему контролирует большую часть вооруженных батальонов ДУК. И настроения среди правосеков по отношению к власть предержащим в Украине не самые, мягко сказать, миролюбивые. «Правый сектор» считает режим Порошенко режимом внутренней оккупации, интересы которого вредят интересам украинской нации. В таких условиях мы не видим приемлемого способа участия в политической жизни. Мы будем противодействовать режиму внутренней оккупации на всех возможных уровнях, пока национальная революция не позволит нам построить справедливое социальное государство в Украине, — пояснил позицию партии Алексей Бык.
СЮЖЕТ 3
«ЛЕСНИК» И «ЛЕСНИКИ»
В ноябре 2015 года в Киеве сотрудниками СБУ была ликвидирована группа бывшего члена «Правого сектора» Олега Мужчиля с позывным «Лесник». Самого «Лесника» при не совсем ясных обстоятельствах застрелили бойцы «Альфы» СБУ, а нескольких его соратников задержали. По словам ветерана АТО, бывшего члена одной из диверсионно-разведывательных групп «Правого сектора» с позывным «Ян», версия СБУ о том, что Олег Мужчиль был завербован и работал на ФСБ, — миф, созданный для оправдания действий украинских спецслужб по ликвидации ультраправых радикалов, которые планировали силовые акции против власти.

«Олег Мужчиль был одним из командиров разведки «Правого сектора», также был одним из основателей «Тризуба», его отлично знали как «Летун» — Андрей Стемпицкий (официальный командир ДУК ПС и второе лицо в ПС после Яроша. — Авт.), так и сам Дмитрий Ярош. Он ушел из «Правого сектора» по идейным соображениям, публично заявив, что Ярош и другие командиры ПС — предатели и пошли на сговор с Порошенко», — утверждает соратник «Лесника».
По словам ветерана АТО, в 2015 году СБУ начала зачищать наиболее радикальные национал-патриотические группы, имеющие боевой опыт и ранее «работавшие» в зоне АТО в качестве неофициальных диверсионно-разведывательных подразделений под «крышей» самой СБУ.
«Парадокс в том, что СБУ плотно сотрудничало со всеми ДРГ в АТО, снабжало их оружием, информацией. Но после того как группы отводили в тыл, их всех «брали на крючок» и пытались использовать в качестве своей разведки в патриотических организациях. Кто-то соглашался, а кто-то — нет. «Отказники» шли в расход — их либо ликвидировали физически, либо их просто подставляли на уголовщине — как мариупольских «Теней». После того как ликвидировали «Лесника», много бывших диверсантов из добровольческих групп просто «исчезло» — парни опасаются, что и их зачистят. Конечно, эти ребята долго не будут сидеть сложа руки. Тайники с оружием закладывали и хранили прежде всего члены ДРГ»
— боец с позывным «Ян».
Вместе с ликвидацией «Лесника» были задержаны и несколько граждан России, которые входили в его группу: Ольга Шевелева с позывным «Хильда», Павел Пятаков с позывным «Рагнар» и москвичка Анастасия Леонова, вокруг задержания которой поднялся не так давно большой скандал (мол, СБУ бросила в застенки российскую оппозиционерку, которая боролась с режимом Путина). Однако роль россиян в группе «Лесника» была скорее «техническая» — они работали на Олега Мужчиля в качестве группы его информационной поддержки, разрабатывая методички и идеологические программы, регулярно публикуемые «Лесником» в его блоге и на своей странице в «Фейсбуке».

К слову, в соцсетях Мужчиль совершенно не скрывал, что готов с оружием в руках бороться с правящим режимом и убивать врагов нации. Он, очевидно, видел себя в роли лидера «движения сопротивления» и вел активную работу по его созданию. По мнению ряда его знакомых из ПС, группа «Лесника» организовала взрывы в магазинах «Рошен» и находилась в процессе подготовки к куда более серьезным терактам. Но, вероятно, через прослушку разговоров или через своих агентов СБУ стало известно об этих намерениях, и группу решили ликвидировать.
«Но желающих свергнуть силой оружия существующую власть по-прежнему достаточно. И есть еще множество таких же групп, как у «Лесника». Я их так и называю — «лесники». Тем более, что это был распространенный позывной у разведчиков. Только, в отличие от Олега, они ничего в соцсетях не пишут и находятся в глубоком подполье, готовя свой, вооруженный, Майдан»
— боец с позывным «Ян».
СЮЖЕТ 4
«АЗОВ» И АВАКОВ
На фоне раскола «Правого сектора» и зачистки наиболее буйных и неподконтрольных националистических элементов, на первый план в радикальном движении постепенно выходит «Азов» Андрея Билецкого —одного из главных в Украине идеологов крайне правого национализма. В отличие от «правосеков», «лесников» и ОУН, Билецкий с самого начала взял курс на легальную форму существования своего вооруженного подразделения. И в этом нашел взаимопонимание со своим земляком-харьковчанином главой МВД Арсеном Аваковым. При покровительстве последнего из националистов Билецкого (и примкнувших к ним разнородных радикальных элементов — от футбольных фанатов и до российских нацистов) в 2014 году был сформирован батальон «Азов», позднее преобразованный в полк, получивший официальный статус подразделения Национальной гвардии.
По данным наших источников в МВД, Аваков по-прежнему уделяет особое внимание этому подразделению, рассматривая как свою «преторианскую гвардию» внутри НГ на случай серьезных политических потрясений.
Полк сейчас приоритетно снабжается и вооружается, а также усиленно работает над своим имиджем. После серии материалов в СМИ с фотографиями и видеороликами «зигующих» и украшенных татуировками свастик и орлов Третьего рейха воинов «Азова» командование издало негласный приказ: чтобы не смущать общественность и западных партнеров, «азовцам» предписано «не светить» чересчур вызывающими татуировками и не признаваться публично в симпатиях к нацизму. За нарушение приказа грозит изгнание из подразделения.

Но при этом «Азов» не перестал быть тем, чем он есть на самом деле — хорошо вооруженным подразделением, костяк которого составляют радикальные националисты. Автор неоднократно общался на протяжении полутора лет в АТО с бойцами «Азова» и может отметить, что другого командира, кроме Андрея Билецкого, либо попытки кого-либо из руководства МВД или правительства «порулить» подразделением, полк не признает. И в случае наступления «времени Ч» он будет полностью управляемым и контролируемым лишь одним человеком — Билецким, которого в подразделении называют просто — «Вождь».

СЮЖЕТ 5
В ОЖИДАНИИ ВРЕМЕНИ «Ч»
Сейчас большинство радикальных организаций находятся, как видим, «в режиме ожидания». При этом их структуры сохранены. Некоторые ушли в подполье, некоторые сбавили активность (как, например, «Правый сектор»), а некоторые активно наращивают военные и политические мускулы в официальных силовых структурах («Азов»).

Причем, вероятно, причины такой осторожности не в том, что радикалы прониклись уважением к правовым методам политической борьбы, а в трезвом осознании баланса сил, который пока не на их стороне.
«Нельзя исключать попыток экстремистских выступлений ультраправых националистов. Но что касается мятежа или путча, думаю, что до этого не дойдёт. Умеренные националистические силы и власть смогут подавить подобные намерения в зародыше.»
— бывший и. о. главы МВД Украины Михаил Корниенко.
«Для нас справиться с радикалами в случае наступления «времени Ч» — задача хоть и непростая, но решаемая, — говорит один из высокопоставленных сотрудников органов прокуратуры. — Во-первых, их все-таки не так уж и много. Во-вторых, они все уже давно под нашим колпаком. За ними очень внимательно следят. Все их разговоры прослушиваются, вся их переписка просматривается. И мы заранее узнаем о всех их планах. В-третьих, костяк силовых структур — МВД, прокуратуры, СБУ, включая спецподразделения, —несмотря на все люстрации и переаттестации, по-прежнему составляют кадровые сотрудники. А среди них распространены антимайданские настроения. Так что, если будет приказ, то рука не дрогнет. И, я думаю, что националисты это понимают, а потому пока не идут на обострение. Пока… Сейчас правоохранительная система все больше слабеет под гнетом внутренних пертурбаций, дезорганизующих реформ, хаоса и раздрая в политике. И если эти процессы будут усугубляться, то баланс сил со временем может поменяться не в нашу пользу».

Ситуация сейчас действительно непростая. Нарастает кризис в отношениях по линии президент — премьер. Приближенные к власти кланы ведут ожесточенную борьбу за контроль над коррупционными схемами. Шатается кресло под Аваковым, с его «Азовом» и другими контролируемыми им подразделениями. Не уверены в своем будущем и олигархи, и многие другие влиятельные люди. Большое напряжение существует вокруг необходимости выполнения Украиной минских договоренностей — на чем настаивает Запад, но против чего резко выступает часть правящей элиты из так называемой «партии войны». При таком сложном раскладе всегда могут появиться желающие вытащить из рукава «джокер» — «третью», и при этом вооруженную, силу. Вытащить, чтобы использовать ее в своих интересах и резко переломить ход событий, выведя их из политического тупика. Но кто кого на самом деле будет использовать — это еще вопрос. В истории бывало по-разному.
Made on
Tilda